Литературная учеба

  ЛУ №1/2009 

  Рубрика "Проза/Разбор"

Александр Яковлев

Остальное - приложится?

О рассказе «Пять женщин Владимира Вершилова»

Сергей Овчинников. Пять женщин Владимира Вершилова. Рассказ

По нынешним временам герой рассказа может считаться почти девственником. Так что взяться за перо Сергея Овчинникова заставило отнюдь не желание поделиться с читателем богатым опытом личной жизни. Это, скорее, рассказ о женщине-мечте. Той самой, которая преследует иного мужчину всю жизнь, заставляя далеко заходить за положенный автором предел  -  число пять. Ну а Вершилов в своих поисках ограничился указанным. Тем самым автор, видимо, хочет сказать, что избранная пятёрка набором своих физических и моральных качеств готова представлять весь спектр женщин-типажей.

Итак, перед нами первая романтическая любовь Люсинэ  - самоотверженная влюблённая. Светлана Правоторова  - жена, доставшаяся по принципу «ну так получилось». Как многие  - живут, терпят. Скучают. От скуки заводят романы. У Вершилова это представительница богемы Василиса Уборевич. По контрасту с надоевшей хлопотливой женой  - интеллектуалка. Далее, как результат очередной ссоры с женой,  - Маша Устрялова. Невротичка, слегка извращенка, любительница уголовной романтики. Совсем необязательная связь, но необходимая для появления в повествовании венерического заболевания. И как итог, как счёт 5:0  на табло после финального свистка  - Ирина Оченчирова, идеал.

Понятно, что приведённым списком героинь, слава богу, великий и бесконечный мир женщин не исчерпан. Поэтому поставленную автором попытку следует заранее счесть как наивной, так и несколько самонадеянной. Скорее всего, виной тому - отсутствие большого собственного опыта. Не столько жизненного, сколько писательского.

Писательский отослал бы к богатому классическому, хотя бы русскому литературному наследию, в котором даже жест или взгляд женщины, изображённой рукой мастера, в очередной раз доказывает: перед нами бездна неизведанного.

Жизненный позволил бы избежать таких сцен, как «противостояние» уголовника и героя в квартире у Маши Устряловой. В реальности «залётному фраеру» Вершилову быстренько объяснили бы, как жить «по понятиям». Несколько иная симптоматика и у, пардон, венерического заболевания, которым «наградила» Вершилова Устрялова.

Сопротивляется автору и язык. Только представьте себе картину, в которой «бушует настоящая страсть, из-за которой часы, проведённые Вершиловым с Люсинэ, превращаются в непрерывный танец распустившейся плоти». Как умолял классический герой: Аркадий, не говори красиво! «Распустившаяся плоть»  - это и не точно, и в конце концов просто комично! 

Оценивая отношения героев как «ускользающе  эфемерные», Овчинников, по сути, использует очень близкие по значению эпитеты, друг друга не усиливающие. Большая неразбериха и в том, как определяются монологи Василисы: «пространные, логически чёткие и авторитетные».

Впрочем, на одних недостатках останавливаться не будем. 

Радует, что рассказ разрешается светлым настроением и желанием героя вырваться из монотонности буден, попробовать себя в «настоящей» жизни с «настоящей» женщиной Ириной. Хотя, что в ней такого настоящего, кроме умения водить моторку и позаботиться о промокшем мужике,  - не очень понятно. Но прорыв сделан. Герой и автор настроены решительно  - по отношению к жизни и творчеству. А решимость  - это уже много. Остальное  - приложится.