Литературная учеба

ЛУ №3/2010

Рубрика "Главная тема"

ЗАО «Журнальный зал»

Участвуют С. Арутюнов, С. Беляков, М. Лаврентьев, А. Рудалёв, И.Фролов

Максим Лаврентьев, поэт, главный редактор журнала «Литературная учеба»:

Питерский критик Виктор Топоров на ресурсе «Частный кор­респондент», очень точно, на мой взгляд, описывая ситуацию с «Журнальным залом», упомянул об отказе в при­ёме «Литературной учебы» в это журнальное со­общество. В. Топоров, в частности, пишет: «Между “Воздухом” и “Бельскими просторами” отказано было в “прописке” и “Литературной учебе”, но этот факт особой огласки не получил». Мне показалось необходимым вкратце осветить историю недолгих взаимоотношений с «ЖЗ» и обозначить нашу позицию.

В конце 2008 года редакция журнала «Литературная учеба» обратилась к кураторам «Журнального зала» с просьбой принять нас в сообщество. Читательское внимание к сайту журнала (www.lych.ru) представлялось нам в ту пору недостаточным. Мы полностью отдавали себе отчёт в том, что обращаемся за помощью к частным лицам, чьи идеологические и эстетические взгляды разнятся с нашими. При этом расчёт мы основывали на взаимной выгоде, ибо «Литучеба» — один из старейших литературных журналов нашей страны — могла бы привлечь, как нам казалось, дополнительное внимание и к самому «ЖЗ». Несмотря на объявленный и действовавший тогда «мораторий», нам не было отказано сразу. Пауза наводила на подозрения в некотором умысле против нас, хотя я и не берусь утверждать, конечно, что такой умысел существовал в действительности. Последний раз мы «зондировали» «ЖЗ» осенью прошлого года. Без положительного для нас результата.

Поскольку мы далеки от мировоззренческих позиций, занимаемых господами из журнала «Воздух», то придавать широкой огласке историю нашего «непопадания» в «ЖЗ» мы не собирались. В связи с этим особенно странно выглядит позиция уважаемых «Бельских просторов» — журнала, активно читаемого в сети.

За прошедший год нам удалось, действуя самостоятельно, существенно повысить посещаемость сайта «Литературной учебы», что позволяет обойтись в дальнейшем и без вступления в какие-либо закрытые по идеологическим или иным причинам журнальные интернет-сообщества.

Правда, остаётся «повисший» вопрос: какими принципами руководствуются деятели подозрительного «ЖЗ», сбивая резервацию из изданий, кажущихся им лояльными? И пока этот вопрос не освещён ими в достаточной мере, я бы не советовал коллегам из других журналов повторять нашу ошибку. В Интернете достаточно свободного пространства для самовыражения каждого.

Сергей Беляков, литературный критик, заместитель главного редактора журнала «Урал»:

Я возражаю против некоторых формулировок, которые содержатся в самой постановке проблемы. Назвать «Журнальный зал» — самый успешный, самый читаемый из проектов такого рода — «подозрительным» просто несправедливо. Татьяна Тихонова и Сергей Костырко, редакторы проекта «Журнальный зал», несомненно, профессионалы. С ними можно спорить, не соглашаться, но уважать их необходимо. Беда в том, что на каком-то этапе своего развития «Журнальный зал» принял в свои ряды несколько слабых журналов. Под угрозой оказался авторитет проекта. Поэтому, очевидно, и пришлось вводить мораторий на приём новых членов. К сожалению, за рамками журнала оказалось несколько интересных, качественных изданий. Принимать новых членов в «ЖЗ» надо, но принимать осторожно. Следует разработать систему критериев, которые позволили бы оценить уровень журнала-претендента, его качество. Принимать всех без разбора — это смерть для проекта. А вот над критериями качества надо подумать. Тогда одобрение или отказ будут выглядеть обоснованными. Особо надо оговорить идеологию «ЖЗ». Насколько я понимаю, несколько журналов, прежде всего «Москву» и «Наш современник», не могут принять в «ЖЗ» по идеологическим причинам. Здесь, впрочем, отчасти вина этих журналов. Насколько мне известно, тот же «Наш современник» приглашали участвовать в проекте в те далёкие времена, когда «ЖЗ» только-только появился. Но журнал почему-то отказался. Увы, поезд ушёл. Теперь и в самом деле остаётся только разрабатывать проекты, альтернативные «ЖЗ». Тот же «Читальный зал» или «Русское поле». А опыт «ЖЗ», сильные и слабые стороны «ЖЗ» надо будет учесть организаторам новых ресурсов.

Андрей Рудалёв, литературный критик:

Честно говоря, у меня относительно «Журнального зала» долгое время был ряд иллюзий. Я действительно считал, что эта площадка будет помогать становящимся на ноги интересным и перспективным изданиям. Ведь для многих попасть в один список с «Новым миром» и «Знаменем» — уже большой прорыв, который и ко многому обязывает. Надеялся, что этот ресурс сделается центром притяжения особенно для региональных изданий. Для многих из них появится цель поднять свою планку и попасть в «ЖЗ»...

Это не банальное меценатство, а синтезирование общего пространства современной русской литературы, преодоление её келейности и узкопрофильной локальности. Сами издания, входящие в «ЖЗ», могли бы не только притягивать к себе, но и стать форпостом в пропаганде современной литературы, которая, по большому счёту, мало известна нынешнему читателю. Многих книг на российской периферии днём с огнём не сыщешь, имена современных авторов вообще мало о чём говорят. Раскрученные бренды «толстяков» могли бы компенсировать этот дефицит.

Но всё это идеалистические бредни. Оказалось, что задачи у проекта «ЖЗ» совершенно другого рода, а в стратегии самих «толстяков» преобладают какие-то инерционные охранительные тенденции с реальным риском превращения во что-то музейное.

Ситуация с «Воздухом» Дмитрия Кузьмина, кажется, была объяснима. Находиться на одной площадке с эстетически принципиально отличным «Арионом»... Хотя сосуществуют же в «ЖЗ» антагонисты: «Вопросы литературы» и «Новое литературное обозрение»... Если говорить, что, например, «Новому миру» как-то не по чину быть рядом на одной интернет-полке с ещё малоизвестными и далеко не статусными изданиями, то и сейчас состав «ЖЗ», мягко говоря, не однороден...

И вот когда иллюзии рассеиваются, надо понимать, что перед нами определённая лукавая игра, в которой, когда надо, из рукава вытаскиваются эстетические, идеологические, да какие угодно критерии, хотя истинные причины возведённого вокруг «ЖЗ» железного занавеса совершенно иные. Что-то из разряда — бизнес и ничего личного...

Интернет-ресурс, ставший синонимом журнального сообщества, сработавший на этом дивиденды, теперь, встав на ноги, под прикрытием эстетических критериев жестко муштрует всех прочих. Он поднялся-раскрутился, собрав в своём теле брендовые литературные издания, которые в свою очередь, по меньшей мере, получили бесплатное интернет-представительство. Это практически приватизация электронных версий «толстяков», ведь они зависимы от «зала», повязаны им. Без него их попросту нет в интернете... При этом ресурс произвёл подмену понятий, прочно вживив аналогию: литературные журналы — «ЖЗ», всё, что вне его, — дикая окололитературная среда, где свирепствует дух «паралитературы».

Собственно, ситуация произошла тривиальная, как с фирмой добрых услуг. Пока она не раскручена и касса не обременена финансами, её работники радушны, услужливы и ласковы. Но когда дела начинают идти в гору и некуда спешить, а клиенты приходят сами — меняется и стиль общения. От тебя воротят рыло, разговаривают нехотя сквозь зубы, на любое замечание готов ответ: идите к кому хотите, предложений много. Такая вот лакейская психология. Она широко у нас распространена, а в сфере культуры и подавно. С «ЖЗ» как раз произошла такая печальная, но довольно типичная история. И здесь вначале обильно спекулировали риторикой чуть ли не государственного дела и общенационального проекта, а когда в этом нужды не стало — повесили амбарный замок и вывеску об учёте. А что хотели? Дело-то частное...

Рассуждать об этом можно много, но едва ли продуктивно.

Теперь о том, что дальше. Очевидно, что Интернет — это основная и перспективная среда бытования литературных журналов. Именно поэтому, очертив свою территорию, «ЖЗ» плотно закрыл створки, ведь появляется конкурентная среда.

Понятно, что должно возникнуть новое интернет журнальное сообщество, не страдающее ветрянкой и корью «Журнального зала». Литературные журналы не в том состоянии, чтобы собрать вокруг себя на своих персональных сайтах большую аудиторию. Поэтому необходим разговор о структуре их конгломерации с живым пространством взаимообмена, что очень важно для провинциальных изданий, страдающих от местечковой локализации и удушья.

Возможно, это должна быть не просто библиотека литпериодики, а некий общий электронный журнал, информационный ресурс и дискуссионная площадка, диффузная взаимообогащающая среда одновременно.

Только не стоит строить иллюзий и следует понимать, что там не будет топовых изданий «ЖЗ». По крайней мере, пока они не свободны. Поэтому это должен быть не только альтернативный ресурс, младший клон, но и принципиально отличный проект по самой идее литературного журнала.

Сейчас наши «толстяки» работают по старым прописям, по наезженной колее, под которую подстраиваются и их постоянные авторы, становясь мастеровитыми, но не яркими, а скорее серыми, укладывающимися в «формат». Модернизироваться и уходить с этих удобных прописных рельс они не будут, потому как многим из них перспективнее стучаться в дверь господдержки.

Вот и получается, что «толстяки» создают иллюзию литературы. Публикация в них производит мираж причастности автора к литпроцессу, он начинает думать, что находится в контексте культурных +нервов современности, что у него появляется читатель. На самом деле лишь зашвыриваешь себя на чердак, где хранятся журнальные подшивки тиражно-тучных лет. Их постоянные авторы пишут не для читателя, а для своего ближайшего круга. Отсюда и плодится ветхая безжизненная литература с безумными включениями снобизма и кривой ухмылкой в виде «ЖЗ».

Игорь Фролов, ответственный секретарь журнала «Бельские просторы»:

Действительно, попытка нашего журнала попасть в «Журнальный зал» выглядела странной, если не сказать резче. Но сам журнал не прилагал никаких усилий, скандал разразился потому, что назрел, — в него сделали вклад несколько изданий, пытавшихся войти в «ЖЗ» (в том числе, как я помню, и «Литературная учеба»). Давайте будем честными перед собой: все мы, журналы, не входящие в сетевой ресурс «Журнального зала», туда стремились. Теперь, когда наши благие намерения не сбылись, стоит ли говорить, что мы и без «ЖЗ» проживём? Конечно, стоит, — для сохранения достоинства иного и не скажешь. И нет ничего плохого в объединении оставшихся за бортом «ЖЗ» журналов в большие и малые альянсы, их сосредоточении на сетевых ресурсах типа «Мегалита» или «Читального Зала». Но…

Мы прекрасно понимаем, что основная читательская аудитория находится в поле тяготения «Журнального зала». Не потому что «ЖЗ» так хорош, а потому что так сложилось ещё с тех времён, когда толстожурнальная литература была в силе и основными её носителями были несколько главных журналов страны. Эти издания, их сетевые версии и составили костяк «ЖЗ», по сути, приватизировав накапливаемое десятилетиями читательское внимание.

Создавать новые площадки, обретать нового читателя или отрывать от «ЖЗ» старого — естественная в таких сепаратных условиях мысль. Но есть и другой путь.

Я убеждён в том, что нужно создать единый «Журнальный зал» — на основе ныне существующего, но в изменённом виде. «ЖЗ» должен быть не просто огромной и всё прирастающей библиотекой, множеством виртуальных полок, среди которых читатель обязательно заблудится или опять будет ходить к пяти главным журналам, не обращая внимания на остальные. «Журнальный зал» должен стать структурой развития толстожурнальной литературы, для чего необходим элемент конкуренции, спортивной, если хотите, соревновательности. Следует ввести деление «ЖЗ» на, условно говоря, высшую и первую лиги, или, что звучит более культурно (предложение Анны Берёзы), на Малый и Большой залы. В Малом зале находятся лучшие журналы, предположим, 7 названий. В Большом — остальные (их, опять же, нужно ограничить числом, потому что Интернет позволяет создавать сетевые журналы в неограниченном количестве). Внутреннюю динамику задает многоступенчатая система рейтингов — она обеспечивает периодическую — раз в год или в полугодие — ротацию. Один-два журнала, оказавшиеся в низу «турнирной таблицы» высшей лиги (Малого зала), меняются местами с двумя первыми журналами первой лиги (Большого зала, который, в свою очередь, рассматривает заявки кандидатов «дворовой лиги»).

Кто и как будет определять рейтинг журналов — этот вопрос труден только на первый взгляд. Изучение различных систем рейтингов на разных литературных сайтах позволяет мне считать, что для более-менее объективной оценки достаточно четырёх параметров:

— средняя читательская оценка;

— средняя оценка критиков;

— средняя оценка главных редакторов;

— средняя оценка публикуемых авторов.

Впрочем, есть много методов определения рейтинга, это в принципе дело техники, было бы желание. Главное в предлагаемом подходе — хотя бы начатки демократичности и в то же время не рыночной литературной конкуренции, стимул для журналов повышать уровень своих публикаций, а не почивать на лаврах, завоёванных изданием ещё в советские времена.

В новом «Журнальном зале» должны быть как общий форум для обсуждения, так и критические и авторские разделы для полемик и рецензий, которые сегодня разбросаны по разным бумажным и сетевым изданиям.

Отдельно можно создать библиотечку «Избранное ‘‘ЖЗ’’», что-то типа Лонг- и Шорт-листов, куда будут входить лучшие публикации года по всему «ЖЗ» (Большой и Малый залы), и в конце года определять победителей в номинациях прозы, поэзии, публицистики — своего рода премия «ЖЗ», которая должна стать самой авторитетной литературной премией. Кстати, журнал, опубликовавший текст-победитель, автоматически получает прибавку к рейтингу.

Из идеи общего «ЖЗ» можно вывести много полезных следствий, но пока сама эта идея не существует даже в плане, то нет смысла детализировать перспективы. Я считаю, что первейшая задача толстых литературных журналов сегодня — не разбегаться по отдельным квартирам, чтобы создавать «своего» читателя, а объединить усилия по созданию единого сетевого литературного ресурса с внутренней конкурентной динамикой и сделать это на основе существующего «Журнального зала». Для этого, как мне представляется, нужно написать письмо с таким предложением, собрать максимальное число подписей и адресовать письмо тем людям, от которых зависит положительное решение. Для начала — наблюдательному совету «ЖЗ», и уже в зависимости от его, совета, решения — определить пути дальнейших действий.

Данная программа вовсе не отменяет развития каждым изданием своего собственного сайта и не предполагает попрания литературных суверенитетов. Наоборот, я считаю необходимым найти разумный баланс интересов индивидуального и общего — с пользой для русской литературы.

Сергей Арутюнов, поэт, руководитель семинара поэзии в Литературном институте им. А.М. Горького:

Получил в морду — отходи.

Отходя, бормочу: ну и правильно, что «Журнальный зал» закрыл доступ новым претендентам, пусть он останет­ся в истории отечественной литературы живым символом тех противоречий, которые обуревали в начале века русское литературное сообщество.

«ЖЗ» никому ничего не должен и прежде всего не обязан учитывать интересы читательского сообщества, которое, по некоторым уверениям некоторых его членов, желало бы видеть все выпускаемые журналы на одном ресурсе. Технически эта задача со скрипом (достойная оплата работников «ЖЗ»?) исполнима, но идеологически совершенно невозможна даже на стадии постановки. Среди объективных причин — «поддержание заданной высокой планки публикаций». К этому тезису можно, разумеется, придраться.

Кто, например, совершенно уверен, что «заданная планка» держится даже ведущими журналами «ЖЗ»? Отчего так слаб иногда, например, поэтический раздел в «Сибирских огнях», так натужно наукообразна риторика «Нового литературного обозрения»? Почему, наконец, одному автору позволено грязно материться на страницах эстетически лояльной журнальной книжки, а какому-нибудь провинциальному альманаху, героически поддерживаемому на плаву горсткой энтузиастов, нельзя разместиться в «ЖЗ» из-за того, что все его публикации отдают прогорклой чинностью пятидесятилетней давности?

Суть, по-моему, в том, что эстетические, да и этические критерии владыки «дискурса» размыли собственными руками. Развозюкали по холсту, игнорируя кисти, набрызгали клякс из пульверизатора в расчёте на то, чтобы потом, когда начнут разбираться, кто есть кто, было поменьше претензий. Рекламаций.

Иными словами, чтобы утвердить свою картину завтрашнего дня, а не ту, которая объективно существовала.

Да, «Москва» и «Молодая гвардия» выглядели бы между «Знаменем» и «Новым миром» дико. Сущий, не к ночи будь сказано, постмодернизм. Но не сам ли С.И. Чупринин, составляя свой справочник по русской литературе последнего двадцатилетия, совал туда всех без разбору и на упрёки в «постмодернистской накачке» подобной неразборчивости заливисто смеялся? Дескать, вот вам помойка, а вы уж сами в ней ройтесь.

Когда в 1990-х годах начали возвеличивать оттираемых от кормушки — в основном из-за смысловой ничтожности, меленькой бытовщины, которой пробовали одновременно впечатлить и разжалобить Запад, — довольно успешных, в общем, авторов, только начавших печататься, «ездить» и переводиться, разве думали о том, во что это выльется? В уничтожение объективных критериев литературной значимости.

Вопрос десятилетия «ЖЗ»-главреду: почему вы печатаете эту дрянь? В ответ — загадочная улыбка, означающая, что вопрошающий «не учитывает некоторых тонкостей», «не знает обстановки», «не способен понять» прелести напечатанной скудоумной пошлятины.

Матерщина? Ну что вы, это же не матерщина уличная, это матерщина высокообразованного человека. Вечно грязен лишь недоумок, умный же всегда чист, где бы и что бы ни произнёс. Мат — часть русского языка. Здесь он — уместен. Ну чем бы вы его здесь заменили? Риторическое, выжидающее молчание.

Только один «ЖЗ»-главред, помнится, ответил честно: «Это политика».

Наконец-то.

Вынужден констатировать: принципы толерантности и объективности, так утомительно долго рекламируемые поводырями литературного процесса, руководителям «ЖЗ» глубоко параллельны.

«ЖЗ» — это Америка, которую каждый открывает для себя сам. Им, «ЖЗ», под копирку слизана политика Соединенных Штатов по отношению к странам-«изгоям», не подчинённым не столько химере «международного права», сколько некоему всеобщему и воистину оплаченному кровью способу сосуществования с мировым финансовым и военным гегемоном.

Журналы-«изгои» наказаны тем, что не появляются на всеобщей литературной карте, и это святое право монополиста: он, монополист, первым понял, что надо делать, пришёл на рынок раньше других и успел приучить к своему товару всех потребителей.

Монополисту не с кем конкурировать. Создать что-то подобное «ЖЗ» в ближайшее время не получится ни у кого из «изгоев», объединись они и переобъединись хоть двадцать раз подряд.

К достоинствам «ЖЗ», безусловно, относятся:

— простота навигации;

— отсутствие вечно барахлящей опции поиска;

— легко читаемый шрифт публикаций;

— мало утомительный для глаз цвет страничного фона;

— наличие персональных авторских страниц со счётчиком публикаций.

Излишествами, на мой взгляд, являются анонсы. Они нередко вымучены, хотя порой исполняются со всем редакторским блеском.

…Оставим же «ЖЗ» и займёмся собой. Русский литературный мир разорван теми же самыми хворями, что раздирают наше общество, нашу личную, социальную и профессиональную идентичность.

Наше племя потеряло огонь (помните? Рони-старший) и чапает по тропе холодное и отчаявшееся. Если на этом скорбном пути на тропу падают большие деревья, это не вина деревьев, не вина бесконечной ночи и тем более не вина огня.